Израиль - вчера, сегодня, завтра - главная страница
карта сайта  карта сайта   о проекте Мегаполис  кто мы   e-mail  почта  
Израиль - вчера, сегодня, завтра - Главная страница
 



   Главная Алия Александр Зарудь Впечатления о тюрьме Мегидо (правда об изральских застенках)


Фотоальбом и израильские рассказы


Родился в Риге в 1963г. В восьмидесятых годах активно преподавал иврит и занимался прочей "сионистской" деятельностью.
В 1990г. переехал наконец в Израиль. Обнаружил, что иврит здесь и без меня знают, и вспомнил, что у меня есть диплом инженера. Работаю в Иерусалиме, занимаюсь автоматизацией водоснабжения Святого города. Живу в Бейт-Шемеше. Женат, двое детей.
К недостаткам отношу страсть к путешествиям, фотографии и видеосъемкам, на которые трачу кучу денег, и склонность к графомании, на которую трачу кучу времени.

Александр Зарудь





Впечатления о тюрьме Мегидо (правда об изральских застенках)



В апреле я получил повестку, в которой мне предписывалось явиться в июле на очередные трехнедельные милуим (армейские сборы). В графе "цель сборов" бросилась в глаза фраза: "охрана тюрьмы Мегидо". Сразу же представилось массивное мрачное здание с облупленной штукатуркой, с решетками на окнах, тесными камерами и жестокими надзирателями. Действительность оказалась несколько иной.

Тюрьма Мегидо была построена еще англичанами в 1918 году. Покидая Палестину, они передали ее арабам, которые устроили там военную базу. После победы в Войне за независимость там последовательно размещались пограничная полиция, лагерь военнопленных и тюрьма для военнослужащих Армии Обороны Израиля, приговоренных на сроки от полугода и более. В 1988 году, во время интифады, обычные гражданские тюрьмы и следственные изоляторы оказались забитыми арестованными палестинцами, для все прибывающего потока места катастрофически не хватало. Тюремная служба обратилась к армии за помощью. Ведь тюрьма уже есть, так военнослужащих можно перевести в другое место, а в Мегидо разместить арабов. Такой выход из создавшегося положения предполагался быть временным, но нет ничего постояннее временных решений. После соглашений Осло множество палестинских заключенных оказались на свободе, "население" тюрьмы Мегидо сократилось с 1300 до 650 человек. На сегодняшний момент это единственная тюрьма, предназначенная исключительно для арестованных и осужденных палестинцев. Подавляющее большинство ее обитателей отбывают наказание за подстрекательство к насилию против Израиля, бросание камней и обстрелы израильских граждан и машин и т.д. Там нет тех, кого принято называть "с кровью на руках". Настоящие убийцы евреев сидят в обычных гражданских тюрьмах - именно таких, с решетками на окнах. А в Мегидо решеток почти что нет.

Здесь место остановиться на том, что представляет сама тюрьма. Почти все заключенные (около 600 человек) живут не в камерах, а в обычных армейских палатках на 16 человек. Палатки собраны группами в нескольких загонах, примерно по 12-15 палаток. Каждый такой загон окружен тройным забором с колючей проволокой, вокруг территории тюрьмы есть еще два забора со сторожевыми собаками между ними. Всюду стоят караульные вышки, откуда обозревается происходящее в загонах и местность вокруг. Наблюдение с этих вышек и было основной задачей моего резервного батальона.

Впрочем, нечто похожее на наше классическое представление о тюрьме там тоже оказалось. Это и есть то самое построенное англичанами одноэтажное здание с тремя прямоугольными внутренними двориками и коридорами с камерами. Там содержат около 50 оставшихся заключенных, которые оцениваются как наиболее проблемные. Еще раз подчеркну - и они не являются убийцами евреев.

При тюрьме расположена база военной полиции. Военные полицейские и выполняют здесь функции надзирателей. Часть их - обычные солдаты срочной службы, прошедшие соответствующую подготовку. Другие - резервисты, бывшие когда-то военными полицейскими и призванными на трехнедельные сборы, в точности как мы. Есть еще некая таинственная "коах меа" (сила сто). Это такие накачанные ребята, которые должны быстро навести порядок если заключенным вздумается устроить бунт. И в завершение есть три десятка "заключенных" израильских солдат, отбывающих короткие сроки наказания (до месяца) за совершенные мелкие нарушения вроде ухода в самоволку. Вообще то им положено сидеть в военной тюрьме, но командование Мегидо отбирает самых надежных ребят из них, чтобы восполнить недостаток в людях. Они выполняют хозяйственные работы, помогают охранять заключенных арабов во время конвоирования и поверок. Забавно получается - сами и арестанты, и вроде одновременно как тюремщики. Автомат им иметь запрещено, поэтому они вооружены дубинками. В любом случае в Мегидо им лучше, чем в обычной военной тюрьме.

Перейдем к заключенным. Как я уже говорил, абсолютное большинство их живет в благоустроенных палатках, расположенных в окруженных заборами загонах. На сегодня "населены" три таких загона, в каждом из которых содержится от 160 до 250 человек. Остальные три загона сейчас лихорадочно готовят к возможному "заселению" после 13-го сентября, даты возможного провозглашения палестинского государства, которое будет сопровождаться беспорядками. В каждом таком загоне заключенные свободно общаются между собой. Всего их околок 650 человек (включая 50 содержащихся в камерах). 60% из общего числа принадлежат к фундаменталистской исламской организации ХАМАС, как к ее вооруженному, так и политическому крылу. Еще 25% это члены Исламского Джихада, более экстремистской организации. У Джихада нет политического крыла, а только военное (то есть попросту террористическое). Остальные - это преимущественно члены ФАТХ, старой арафатовской гвардии. Есть несколько бывших палестинских полицейских, присоединившихся к террористическим действиям против граждан Израиля. Ну и последнее - не играющие заметной роли представители "Народного" и "Демократического" фронтов освобождения Палестины, отколовшихся в свое время от ООП и не имеющих реального влияния среди палестинцев. Любопытный факт - 120 заключенных имеют высшее образование. Среди них врачи, инженеры, религиозные деятели и даже физики. Почти все осуждены судом на сроки от трех до пяти лет, но есть несколько содержащихся под административным арестом. Мегидо играет также роль тюрьмы предварительного заключения - сюда привозят арестованных полицией, отсюда их отвозят на суд, и сюда же возвращают после суда для отбытия наказания. Как жителей "территорий" судят их военным судом. Это обстоятельство было использовано заключеннными несколько лет назад, когда они обратились в ООН с требованием признать их ...военнопленными. Они аргументировали это тем, что содержатся в военной тюрьме и были судимы военным судом. ООН их требования удовлетворила. Политический расчет очевиден - из подстрекателей и пособников террористов обитатели тюрьмы превращаются в сражающихся за свободу своей страны солдат. Но есть у этого и немалое практическое значение. Например, их официально поддерживает Международный Красный Крест, присылающий им добавку продуктов (об этом чуть ниже). Более того, по Женевской конвенции пленные имеют право на посещение плавательного бассейна раз в месяц - это требование разумееется было отклонено. Но еще поразительнее другая льгота, гарантируемая Женевской конвенцией - на каждые сто пленных положен... подключенный к ИНТЕРНЕТу компьютер. Можете представить, как бы он использовался, если бы они добились своего. К счастью, компьютер они не получили.

Между Хамасом и Джихадом существует напряженность, обусловленная очевидно конкуренцией за влияние. Иногда она переходит в драку (при нас не было). Чтобы снизить противостояние между двумя группировками мусульманских фанатиков, неофициальные лидеры заключенных используют простой способ - направляют накопившуюся отрицательную энергию против общего врага, то есть евреев. Тут все объединяются. Таким образом вспыхнул бунт заключенных в мае этого года, который был подавлен слезоточивыми газами. Количество газов оказалось таким, что полиция вынуждена была закрыть оживленный перекресток двух междугородных шоссе, возле которого находится тюрьма.

Еще нам рассказали о том, что заключенные объединяются в разного рода комиссии, разумеется неофициальные. Они например ведут кассу взаимопомощи. Есть у них даже своя внутренняя разведка, созданная с двумя целями. Одна - выявление и примерное наказание лиц, замеченных в связях с израильскими властями, в первую очередь конечно стукачей. Если таковые будут найдены, им не поздоровится. Вторая цель - предотвращение гомосексуализма. Явление это очевидно существует, хотя и в небольших масштабах - все же большинство арестантов являются людьми глубоко религиозными. Тех, кого всерьез подозревают в гомосексуальной связи, начинают истязать так, что те попадают в больницу.

Большая часть моей службы прошла на вышках, с которых обозревается происходящее в загонах. Другие задачи включали в себя конвоирование заключенных при переходе из загона в загон, охрану встреч с семьями и ежедневных поверок. Дальше вкратце - мои личные наблюдения. Заключенные не носят тюремной одежды, а ходят в своей. Как правило это трико, иногда шорты или джинсы, и рубашки или майки. На ногах у них обычно шлепанцы. Одна из задач караульных на вышках - предупредить о готовящемся бунте. Так вот, один из его признаков это когда арестанты меняют шлепанцы на кроссовки - чтобы бегать, гоняясь за гранатами со слезоточивым газом. Заодно следует сообщать о приготовлении чанов с водой - туда засовываются эти гранаты и так обезвреживаются. Ну и конечно надо бить тревогу, если арестанты вдруг обматываются полотенцами или закрывают палатки наглухо - готовятся значит к "газовой атаке". Но венемся к одежде. На удивление, некоторые из них оказались одетыми очень хорошо. Особенно поразил меня один интеллигентного вида молодой человек, которого конвоировали из загона в загон. Отутюженные брюки, пиджак, безукоризненно белая рубашка, в руках - книги, очевидно Коран. По всей видимости, это арестованный имам, дающий уроки по исламу.

У заключенных практически нет обязанностей. Единственное, три раза в день их считают - в семь утра, в два часа дня и в девять вечера. Для этого человек двадцать вооруженных до зубов израильтян заходят в клетку. Вооружение включает газовые баллоны, дубинки, автоматы с резиновыми и обычными пулями (последнее как раз у милумников). Во время этой процедуры арестанты обязаны повернуться спиной к подсчитывающей их охране, занимает это не больше трех-четырех минут. И все. Никаких работ они не выполняют, кроме самообслуживания. То есть они сами себе готовят, убирают, выбрасывают мусор, разгружают грузовики с провизией и т.д.

Распорядок дня заключенных определяется ими самими. Большинство их встают в четыре утра, омывают ноги, молятся и в без четверти пять снова ложатся спать. Встают снова около семи, пока не жарко. Часть заключенных бегает по утрам вдоль палаток, чтобы поддержать форму, некоторые делают основательную зарядку. А потом до вечера шляются по загонам, беседуют друг с другом, проводят всякие уроки - благо различных специалистов среди них достаточно (помните заключенных физиков? Ну почему бы не воспользоваться временем и не провести курс по подготовке бомб?). Или занимаются наведением порядка в загонах. Против всех ожиданий, там царит чистота, сами палатки украшены коврами, циновками и оборудованы электрическим освещением и телевизорами. Спят заключенные на деревянных топчанах, на которые положены армейские матрацы. По опыту - это гораздо удобнее обычных в Армии разболтанных раскладушек (солдаты часто подкладывают под матрацы деревянные доски, чтобы не проваливаться). Днем они вытаскивают эти топчаны и долго льют на них воду из шланга.

Ближе к вечеру, когда спадает жара, арестанты берут мячи и играют в воллейбол, футбол и баскетбол. Иногда не признающий тюремных законов мяч пересекает забор и вылетает на волю. Тогда дежурящий снаружи военный полицейский неохотно встает и перебрасывает его назад. Кое-кто играет в пинг-понг. Менее спортивные обитатели тюрьмы читают, в каждом загоне есть библиотека. Еще они ходят друг к другу в гости. Для этого их старосты ("шавиши") заранее составляют списки и подают администрации тюрьмы, на следующий день по этим спискам охрана переводит людей из загона в загон. Некоторые заключенные коротают время за изготовлением очень красивых больших моделей кораблей с парусами из темно-красного бархата, или же макетов мечети "Купол над скалой" в Иерусалиме. Эти макеты они потом передают семьям.

Еду они готовят в огромных кастрюлях, из которых потом раздают по палаткам. Едят сидя на ковриках. В принципе их снабжение не отличается от того, чем снабжают столовую охраны и они получают все необходимое. Скажем, я как то раз охранял разгрузку грузовика фирмы "Мама оф", популярного в Израиле производителя куриных шницелей. Но благодаря помощи из Красного Креста они получают прохладительные напитки (колу, фанту). Видел я там и большие иракские питы, о которых охрана может только мечтать.

Раз в месяц каждому заключенному, если только он ни в чем не провинился, положена встреча с семьями. Семьи приезжают с территорий на специально арендованных для этого автобусах. Заключенных приводят в большое зарешеченное помещение (его называют "курятником"), и туда же запускают детей для непосредственного общения. С женами и родителями они могут поговорить только через решетку. Разумеется, передачи ничем не ограничены. В загоны заключенные возвращаются в тюремном автобусе (а всего-то надо пройти не больше трехсот-четырехсот метров). Но надо же тащить передачи!

Известно, что в милуим обычно есть много времени, которое надо как-то провести, поэтому резервисты берут с собой книги. Один парень из нашей палатки (12 из 16 обитателей которой говорили по-русски), обладая утонченным чувством юмора, привез с собой "Архипелаг ГУЛаг". Читая эту книгу, я невольно сравнивал описанное в ней с происходящим в Мегидо. Боюсь, что если бы Александр Исаевич побывал бы здесь, он просто не поверил бы что это тюрьма.

Александр Зарудь





  ©1996-2007   Megapolis Org   E-mail:   info@megapolis.org